Экс-директора компании пытаются привлечь к субсидиарной ответственности и взыскивают 5 млн долларов

Экономический суд Минска 11 сентября вынес решение о привлечении бывшего директора подконтрольного бизнесмену Владиславу Коцаренко предприятия «Алюфол» Игоря Новодворского к субсидиарной ответственности. Суд постановил ответчика выплатить кредиторам завода почти 5 миллионов долларов. Такую сумму потребовала управляющая по банкротству «Алюфола» Екатерина Нестер.

По мнению Игоря Новодворского, подобная выплата может считаться рекордной по субсидиарной ответственности в Беларуси. Он категорично не согласен с решением суда и решил рассказать FINANCE.TUT.BY, как он оказался директором предприятия Коцаренко и почему его привлекли к субсидиарной ответственности.

Игорь Новодворский по образованию юрист, но помимо практики юриспруденции, за свою карьеру он успел получить и управленческий опыт. Поэтому в апреле 2011 года один из знакомых Игоря Новодворского предложил ему возглавить завод «Алюфол». Предприятие занималось производством кашированной фольги. Сам завод находился в свободной экономической зоне Бреста.

Игорь Новодворский согласился стать руководителем предприятия, но вместе с приемом на работу, по его словам, ему предложили заключить предварительный договор купли-продажи акций банка-кредитора.

«Заводом приобретался за 1,5 млн долларов крупный пакет акций кредитора предприятия „Технобанка“. Под эти акции брался кредит в „Кредэксбанке“ (ликвидирован в октябре под названием „ИнтерПэйБанк“). И по оценке „Кредэксбанка“, одна только оценочная залоговая стоимость акций составила более 2 миллионов долларов, то есть рыночная стоимость была еще выше, — рассказывает собеседник. — Примечательно, что приобретаемые акции являлись залогом по кредиту, который использовался на приобретение этих же акций. Таким образом, для меня был очевиден вопрос в выгодности данной сделки для завода».

Заключение основного договора приобретения акций должно было состояться в 2014 году. По словам Игоря Новодворского, все проценты и убытки перекрывались разницей в цене приобретения и оценочной стоимостью актива. В итоге новый руководитель завода подписал предварительный договор и 1,5 миллиона долларов были переданы Коцаренко в обеспечение заключения основного договора.

За счет оптимизации затрат и переориентации на отечественный рынок с более «быстрыми деньгами» Новодворскому удалось увеличить объем выручки от реализации продукции завода почти в 4 раза: с 3,5 миллиардов неденоминированных рублей за год до 13,3 миллиарда, говорит собеседник. По его словам, это можно было назвать дистанционным бизнес-администрированием, поскольку он выбирался на производство 1−2 раза в неделю. 2011 год завод закончил с валовой прибылью 109 млн неденоминированных рублей.

Однако в марте 2012-го Коцаренко был задержан по подозрения в уклонении от уплаты налогов в особо крупных размерах. Тогда же «Технобанк» и «Кредэксбанк» предъявили предприятию требования о незамедлительном погашении кредитов. «Требование «Кредэксбанка» имело логическое обоснование, поскольку Коцаренко был как продавцом акций, так и залогодателем. Но требование «Технобанка», на мой взгляд, было незаконно, необоснованно и нелогично, поскольку Коцаренко никак не фигурировал в договорных отношениях завода и «Технобанка», — недоумевает Новодворский.

Директор «Алюфола» предложил обоим банкам взыскать активы, находящиеся в залогах по кредитам. «Кредэксбанку» это сделать не удалось из-за наложенного судом ареста на акции Коцаренко.

«Технобанк» ввел запрет на совершение операций по счетам завода, открытым в этом же банке, и производил списание со счетов денежных средств, отмечает Игорь Новодворский. По его мнению, это лишило предприятие оборотных средств и сделало невозможным расчеты с контрагентами, что привело к остановке производства.

От уголовного подлога к субсидиарной ответственности

В апреле 2012 года Новодворскому предложили работу в Москве. Как он вспоминает, по всем коэффициентам предприятие было полностью платежеспособным. Новодворский передал все дела новому управляющему и переехал в российскую столицу. Однако в июле ему сообщили, что на него завели уголовное дело по факту неуплаты налогов в особо крупном размере.

«Я выехал в Минск и выяснилось, что некто из брестских работников «Алюфола» подбросил фиктивные товарно-транспортные накладные еще в период моей деятельности. А когда я обычно приезжал на производство, подписывались сотни документов и все просмотреть было нереально. И тут же эти накладные с моей подписью попали в местное Управление департамента финансовых расследований», — рассказывает Новодворский.

По его словам, было заведено уголовное дело, но во время проверки оказалось, что налоги уплачены в полном объеме, а указанное в накладной предприятие было ликвидировано еще до того времени, как был написан сам документ. Следствие было прекращено.

В 2012 году Новодворскому предложили возглавить «Госпак», который производил печатную продукцию для пищевой промышленности. Предприятие также было параллельной структурой Коцаренко.

Но в то же время новый директор «Алюфола» Аркадий Вильтовский сменил юридический адрес завода с Бреста на Дзержинский район. Местная налоговая провела проверку и вновь обнаружила ту же фиктивную накладную, рассказывает Новодворский. По его словам, дзержинские налоговики возбудили дело по факту неуплаты налога на прибыль, насчитав 408 млн неденоминированных рублей. Как объясняет Новодворский, налог на прибыль не может начисляться на несуществующие отношения. Но дзержинская налоговая передала это дело в Минск для возбуждения уголовного дела. Управление Департамента финансовых расследований вынесло постановление о том, что дзержинский отдел насчитал «на воздух», и отказал в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. Однако в Дзержинске это постановление проигнорировали и не стали закрывать дело.

«Алюфол» находится в стадии банкротства с 2013 года. В начале 2016 года один из последних управляющих по банкротству завода из компании «МК-Консалтинг» подал на исключение предприятия из реестра.

Но судья не приняла иск. По словам собеседника, она трактовала статью 11 закона «Об экономической несостоятельности так, что управляющие обязаны сначала подавать иски о привлечении к субсидиарной ответственности, иначе экономический суд не признает предприятие банкротом. «Если раньше подача иска осуществлялась только при наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, то сейчас все повально должны подавать подобные иски», — комментирует Новодворский.

В апреле 2016 года Экономический суд Минска утвердил кандидатуру банкротного управляющего ИП Елену Нестер. По словам Игоря Новодворского, Елена Нестер из всех директоров «Алюфола» предъявила иск о привлечении к субсидиарной ответственности только ему.

«Даже подать иск о привлечении к субсидиарной ответственности можно только если имущество должника реализовано полностью, а долги перед кредиторами остались», — недоумевает Новодворский.

«Чтобы доказать, что я ничего не украл, я должен был все-таки украсть хотя бы на госпошлину»

Судебная тяжба длится уже около полутора лет. Но фактически она закончилась 11 сентября — Экономический суд Минска вынес решение о привлечении Новодворского к субсидиарной ответственности и постановил выплатить почти 5 млн долларов. «Это абсурдно, потому что я наемный сотрудник, не участвующий в дележе прибыли и активов. А сумма складывается из кредитов и сумасшедших процентов», — считает юрист. По его мнению, подобная сумма иска — это рекорд по субсидиарной ответственности в Беларуси.

Как объясняет собеседник, по мнению судьи, он ненадлежаще исполнял свои обязанности как директор. Сначала Новодворскому напомнили невыплаченный налог на прибыль в 408 млн неденоминированных рублей, насчитанных дзержинской налоговой.

«Я правом на обжалование решения дзержинской налоговой не обладал до января 2017 года. Потому что раньше в редакции статьи 85 Налогового кодекса Беларуси говорилось о том, что правом на обжалование решений налоговых органов обладают непосредственные налогоплательщики. В этом случае — «Алюфол». Если я не состою с ними в трудовых отношения, то я таким правом не обладаю и претензии предъявить мне не могут, — объясняет собеседник. — После изменений в статье 85 я уже мог обжаловать налоговые иски, которые предъявлялись «Алюфолу». Но срок исковой давности прошел и никаких оснований для обжалования у меня не было, это должны были сделать управляющие, но они ничего не сделали».

Как одна из причин банкротства «Алюфола», Новодворскому вменяется в вину предварительный договор о выкупе акций «Технобанка» у Коцаренко. По словам юриста, судья посчитала, что это была заведомо невыгодная сделка, а Новодворский взял из оборота средства и потратил их на выкуп акций. Однако он категорично отвергает это заявление.

«Судебный эксперт написал, что это было заведомо просчитанное банкротство. И мотивировал выкуп акций как невыгодную сделку из-за списания курса. Но это никак не может являться причиной банкротства. Это обычные предпринимательские риски. Также мне предъявили претензии за то, что предприятие выкупало акции за кредитные ресурсы. Ну и что? Это опять же предпринимательское решение, и предприниматель отвечает за эти риски. Тем более, Директива президента № 4 обеспечивает защиту права руководителей на деловой риск», — уверен Новодворский.

Теперь для того, чтобы обжаловать решение суда, юристу необходимо выплатить 39 тыс долларов, — госпошлина для обжалования судебного решения в порядке апелляции в размере от насчитанной суммы составляет более 76 тыс. белорусских рублей. «Таким образом, я попросту лишен права на судебную защиту. Для того чтобы доказать, что я ничего не украл, я должен был все-таки украсть хотя бы на госпошлину» — грустно шутит Новодворский.

В начале ноября Игорь Новодворский направил в Генеральную прокуратуру ходатайство на освобождение его от уплаты госпошлины и надзорную жалобу на отмену решения Экономического суда Минска о привлечении к субсидиарной ответственности. Однако Генпрокуратура, по его словам, отклонила как ходатайство, так и жалобу, поскольку посчитала деятельность экс-руководителя «Алюфола» предпринимательской, поэтому за все задолженности по кредитам он несет ответственность.

Тогда юрист обратился к члену Совета по развитию предпринимательства при президенте Ярославу Романчуку с просьбой рассмотреть его ситуацию. Романчук в свою очередь направил в Совет предложение, где напомнил обещание президента исключить субсидиарную ответственность из Гражданского кодекса и предложил рассмотреть этот вопрос на ближайшем заседании, а также потребовать от правоохранительных органов провести аудит решений по привлечению физлиц к субсидиарной ответственности, в том числе и Новодворского.

«Должники всегда негативно относятся к управляющим, кредиторам, судебным органам — это обычная ситуация»

FINANCE.TUT.BY запросил у «Технобанка» — одного из кредиторов предприятия — комментарий о причинах привлечения к субсидиарной ответственности Игоря Новодворского. Банк ответил, что в деле о банкротстве «Алюфола» они далеко не единственный кредитор. Помимо «Технобанка» среди кредиторов предприятия фигурируют налоговая инспекция, таможенные органы и «ИнтерПэйБанк» (он же — «Кредэксбанк»).

«Привлечение к субсидиарной ответственности лиц, установленных законом, в рамках дел о банкротстве — это стандартная процедура, предусмотренная законодательством. Доводам, которые сейчас приводит Новодворский, судом была дана оценка. По итогу судом вынесено решение о привлечение к субсидиарной ответственности гражданина Новодворского на сумму непогашенных требований всех кредиторов. При этом, как правило, должники всегда негативно относятся к управляющим, кредиторам, судебным органам — это обычная ситуация. Вместе с тем, есть закон, есть решение суда, обязательное для исполнения после его вступления в силу. Вопросы правомерности и обоснованности судебных постановлений решаются в рамках судебной системы, процессуального законодательства, а их обсуждение вне судебного процесса, на наш взгляд, является недопустимым», — отмечают в «Технобанк».

Источник: news.tut.by

Новости по теме:

Оставить ответ

*